В рамках навигационной программы спецпроекта АВ Клуба и выставки Light & Audio Tech состоялась онлайн-встреча с представителями Санкт-Петербургского политехнического университета Петра Великого: начальником управления мультимедийных систем и импортозамещения Алексеем Чернецовым и начальником отдела мультимедийных систем Андреем Пеньковым. Модератором дискуссии выступил Александр Хорев. Публикуем ключевые тезисы интервью.
Александр Хорев: Алексей, Андрей, для начала расскажите о масштабах вашего университета и специфике задач, которые приходится решать. В академической среде масштаб — это не просто цифра, а ключевое условие: решения, хорошо работающие в паре переговорок, в распределенном аудиторном фонде ведут себя совершенно иначе.
Алексей Чернецов: СПбПУ — один из крупнейших технических вузов страны. Общий аудиторный фонд составляет порядка полутора тысяч помещений, из которых мультимедийным комплексом оснащено около 600 аудиторий. Сегодня мы сфокусируемся на срезе по главному корпусу. Это флагманская площадка с образцово-показательными залами, через которые проходят потоки студентов первого и второго курсов. Помимо учебных аудиторий, контур включает переговорные комнаты и многофункциональные общественные пространства.
Александр Хорев: Очевидно, что такой парк формировался десятилетиями: корпуса оснащались в разные эпохи, часть оборудования доставалась с новыми объектами, часть появилась в ходе обновлений. О каком объеме техники в эксплуатации идет речь?
Андрей Пеньков: Безусловно, инфраструктура складывалась исторически. В зоне нашей прямой ответственности находится более 5000 единиц оборудования разного уровня сложности: от базовых проекторов, ноутбуков и ПК до сетевой инфраструктуры и систем управления на базе Crestron и AMX. По факту мы имеем дело с классическим «цифровым зоопарком», фрагментированным как по брендам, так и по поколениям техники.
После 2022 года удерживать однородность стало еще сложнее. Поэтому как специалисты, отвечающие за бесперебойность учебного процесса, мы крайне заинтересованы в стандартизации. Однако отраслевые стандарты и ГОСТы на проектирование и оснащение мультимедийных пространств у нас до сих пор слабо формализованы.
Александр Хорев: И вся эта техника внедрялась в рамках разных технологических концепций. Преподаватель перемещается между залами: в одном классе подключение идет строго по HDMI, в соседнем развернут BYOD. Пользовательский барьер возникает с первой же минуты?
Алексей Чернецов: Именно так. И здесь накладывается важнейший человеческий фактор — неоднородность пользовательской аудитории. С мультимедиа работают преподаватели абсолютно разного возраста и бэкграунда: от молодых аспирантов, на лету переключающихся между проводным HDMI и беспроводным BYOD, до заслуженных профессоров старшего поколения, для которых любой нестандартизированный интерфейс создает серьезную когнитивную нагрузку. Отсюда закономерно вытекает острая необходимость в унификации пользовательского опыта.
Александр Хорев: Причем этот пласт проблем, скорее всего, совершенно незаметен в проектных спецификациях и актах приемки: «железо» исправно, каналы связи стабильны, мониторинг светится зеленым, а занятие все равно начинается с неловкой паузы.
Андрей Пеньков: Две одинаковые по назначению аудитории на практике могут быть спроектированы принципиально по-разному. В одной установлен стандартный проектор, во второй — интерактивная панель, в третьей — огромный светодиодный экран. В одном зале источник сигнала переключается с физического пульта, в другом — с настенной кнопочной панели, в третьем — через сенсорный интерфейс.
Преподаватель заходит в аудиторию и теряет уверенность: уходит драгоценное время, сбивается рабочий настрой. Это серьезная системная проблема внутри одного кампуса, не говоря уже о коллегах из других вузов, которые сталкиваются ровно с тем же вызовом.
Александр Хорев: А со стороны службы технической поддержки вы предпринимали попытки навести порядок?
Андрей Пеньков: Несколько лет назад мы централизовали процессы и запустили единую службу поддержки: один контактный номер, дежурный диспетчер и адресная маршрутизация заявок инженерам на конкретные корпуса. Но даже здесь пришлось преодолевать консервативное сопротивление: «раньше номер был другим», «я знаю личный телефон инженера, наберу напрямую» — притом что сотрудник мог давно уволиться.
Принято считать, что инструкции игнорирует только молодое поколение, требующее мгновенного результата. Однако наш опыт показывает, что и старшие коллеги не настроены разбираться в мануалах: помощь нужна здесь и сейчас, причем силами знакомого инженера. В классических академических институтах фраза «так исторически сложилось» — колоссальный барьер. Даже объективно более удобный регламент требует долгой и тонкой работы по адаптации конечного пользователя.
Александр Хорев: Пробовали масштабировать практику системного обучения преподавательского состава?
Алексей Чернецов: Мы регулярно проводили обучающие вебинары. Я лично выступал перед преподавателями, которые заходят в обновленные аудитории, подробно разбирал функционал, в том числе отечественные сервисы видеоконференцсвязи, поскольку я также курирую блок импортозамещения. Но на масштабе многотысячного коллектива такой формат показывает низкую эффективность: вебинар записан, а статистика просмотров фиксирует едва ли десяток человек. К тому же состав преподавателей постоянно обновляется.
Мы дублировали памятки везде, где возможно: ставили подсказки фоном на рабочий стол ПК, клеили ламинированные инструкции прямо на преподавательскую кафедру. В реальности лектор ставит на наклейку портфель, к монитору даже не поворачивается, сразу идет к маркерной доске, а затем набирает техподдержку: «Почему ничего не включается?». Спрашиваем: «Вы инструкцию читали?». Он отвечает: «Я ее даже не видел». Это абсолютно реальные рабочие кейсы.
В итоге мы видим, что навыки масштабируются значительно медленнее, чем растет технический парк: сотрудников тысячи, ротация высокая. Единый стандарт сработал бы от обратного — снял бы необходимость в постоянном переобучении, просто устранив разницу в сценариях управления.
Александр Хорев: Мы затронули интересную тему… Ведь существуют же четкие нормативы по вентиляции, уровню освещенности, СКУД или пожарной эвакуации, и они ни у кого не вызывают вопросов. Почему же с мультимедиа все иначе?
Андрей Пеньков: Совершенно верно. Инженерные требования к помещениям четко регламентированы, в то время как мультимедийная инфраструктура зачастую проектируется как уникальный набор решений. Причем выбор часто диктуется не реальными потребностями заказчика, а доступностью позиций на складах и на рынке. Для системных интеграторов это, увы, вполне стандартная практика.
Александр Хорев: А какой эффект дала бы унификация — для начала в рамках одного университета?
Андрей Пеньков: Даже базовая стандартизация пользовательского опыта способна дать ощутимый результат. Преподаватель не должен каждый раз заново изучать логику интерфейса и гадать, какую кнопку нажать или какую голосовую команду отдать для нужного действия. Старт презентации, подключение личного ноутбука, запуск сеанса видеоконференцсвязи должны происходить по единому, интуитивно понятному сценарию, независимо от класса помещения.
Внутренняя сложность АВ-комплекса — будь то простая связка проектора с ноутбуком по HDMI или масштабная аудитория с распределенным управлением, автотрекингом, видеозаписью и транскрибацией — должна оставаться полностью невидимой для конечного пользователя.
Александр Хорев: То есть речь идет не об установке одинаковых проекторов во всех аудиториях, а об идентичном поведении системы независимо от ее начинки. А для службы эксплуатации эту сложность тоже нужно маскировать?
Андрей Пеньков: Напротив: для инженеров вся инфраструктура должна быть прозрачной на 100%. Главный вызов состоит не в закупке «железа», а в совокупной стоимости владения и скорости аварийного восстановления сервиса.
Именно сквозной прозрачности сейчас критически не хватает. Системы мониторинга и управления от ведущих мировых брендов для вуза сегодня — закрытый черный ящик. Мы лишены возможности гибко дорабатывать и кастомизировать их под себя: единого отраслевого протокола нет, многие вендоры закрывают свои API или вовсе их не поддерживают. Для инженерно-технических служб наступил непростой период, и массовый приход новых азиатских решений задачу пока не упрощает.
Александр Хорев: Чего в таком случае не хватает на уровне всей образовательной отрасли, а не конкретного университета?
Алексей Чернецов: В части софта и импортозамещения мы видим позитивный тренд: многие отечественные разработчики ПО предлагают образовательным учреждениям льготные условия и академические лицензии. С аппаратной частью ситуация сложнее.
И даже бюджет, который тоже не безграничный, не решает проблему. Нельзя одновременно списать все действующее оборудование и закупить новое одинаковое. Нужно планомерное движение к общей цели. Системным решением могла бы стать государственная поддержка или отраслевой стандарт: не просто формальный ГОСТ, а консорциум отечественных производителей, поставляющий в высшую школу стандартизированные программно-аппаратные комплексы. В сегменте школьного образования подобные типовые решения уже работают, а вот в секторе высшей школы мы такого пока не видим.
Александр Хорев: Подведем итог. Стандартизация не отменяет разнородности технического парка — она делает ее управляемой. Списать 10 тысяч единиц техники и закупить все заново с нуля невозможно. Но когда эта гетерогенная среда подчинена общим правилам взаимодействия с пользователем и открытым протоколам мониторинга, она перестает быть неуправляемым «зоопарком» и становится зрелой инфраструктурой, которую можно прогнозировать, сопровождать и масштабировать.
Андрей Пеньков: Сегодня много говорят об «умных аудиториях» и цифровых кампусах, но по-настоящему управляемой среда становится лишь тогда, когда мы четко видим всю картину целиком: какое оборудование развернуто, где конкретно оно находится и в каком техническом состоянии пребывает прямо сейчас. Речь идет не о выборочном мониторинге отдельных узлов, а о сквозном контроле всего аппаратного комплекса — в идеале через «единое окно».
И здесь меняется сама парадигма: если раньше главным вопросом было «сколько стоит купить», то сейчас главным вопросом становится «сколько будет стоить владеть». Какова совокупная стоимость эксплуатации, сколько ресурсов уходит на поддержку и насколько быстро можно восстановить работоспособность аудитории. Только когда мы начинаем считать и контролировать эти параметры, эксплуатация перестает быть «тушением пожаров» и превращается в системное, прогнозируемое сервисное управление.
Александр Хорев: Алексей, Андрей, спасибо огромное за честный и практический разговор! Уверен, поднятые темы стандартизации, открытых протоколов и реальной стоимости владения найдут большой отклик у профессионального сообщества. Будем рады видеть вас на наших очных встречах и площадках АВ Клуба и Light & Audio Tech!
